Экономист и экс-советник главы Нацбанка Олжас Худайбергенов на своей странице в Facebook сообщил о феноменальном росте национальной валюты. С начала военного конфликта между США и Ираном (28 февраля 2026 года) тенге укрепился по отношению к доллару на 7%, а с ноября прошлого года - на внушительные 13%,сообщает digitalbusiness.kz.
Иллюстративное фото: NUR.KZ / Петр Карандашов
«К сожалению, нет в таком быстром укреплении ничего хорошего», - дополнил свой пост экс-советник главы регулятора.
Digital Business побеседовал с Олжасом Худайбергеновым и разобрался, в чем же подвох.
«То, что происходит с USDKZT не соответствует здравой экономической логике. Больше превалирует сиюминутная спекулятивная логика. Одно понятно - Нацбанк может и обязан не допускать резкие колебания ни в сторону ослабления, ни в сторону укрепления», - эксклюзивно для Digital Business прокомментировал собеседник.
Почему резкое укрепление - это плохо
Казахстан - страна с экспортно-ориентированной экономикой (нефть, металлы). Когда тенге слишком крепок, экспортная выручка в нацвалюте резко падает, а расходы (зарплаты, соцобязательства, налоги) остаются прежними или растут.
Вот что по этому поводу говорится в исследовании МВФ:
«Укрепление нацвалюты делает экспорт менее конкурентоспособным и ведет к его сокращению. Для стран с развивающимся рынком это оборачивается снижением инвестиций и замедлением ВВП», - указывают авторы статьи «Emerging Market Economies Bear the Brunt of a Stronger Dollar».
Грубо говоря, если доллар стоит 460 вместо 500, Нацфонд и бюджет недополучают миллиарды тенге при тех же объемах проданной нефти.
Падать легко, расти больно
Исследования Всемирного банка показывают, что экономика реагирует на укрепление нацвалюты гораздо болезненнее и быстрее, чем на ее ослабление:
«В Малави и Пакистане экспорт увеличивался лишь на 7.7% через год после 10%-й девальвации, но сокращался сразу на 23.5% после аналогичного укрепления валюты. Иностранные покупатели мгновенно уходят к конкурентам, как только товар дорожает», - отмечается в статье на World Bank Blogs «How exports react to exchange rate fluctuations, and what it means for low- and middle-income countries».
Пример Швейцарии и урок «франкгейта»
Швейцария - классический пример того, как «супервалюта» может стать проклятием. В 2015 году, когда Нацбанк Швейцарии перестал искусственно сдерживать франк, тот мгновенно взлетел:
«Резкий скачок курса франка спровоцировал огромные потери финансовых компаний и повысил вероятность спада в экономике. Экспортеры в зону евро оказались в числе главных проигравших», - пишет Deutsche Welle.
Что за этим последовало
В 2015 году швейцарским компаниям пришлось массово сокращать расходы и людей, чтобы выжить. Худайбергенов, вероятно, опасается, что казахстанский бизнес окажется в такой же ловушке.
Мнение экономиста по поводу быстро крепнущей нацвалюты
«Быстрая динамика как в сторону ослабления, так и в сторону укрепления - это плохо, так как не дает экономическим субъектам адаптироваться», - прокомментировал Олжас Худайбергенов.
Кроме того, по словам собеседника, нас ждет:
- Удорожание казахстанских товаров и снижение конкурентоспособности;
- Падение поступлений в бюджет от сырьевого сектора при сопоставимом объеме экспорта;
- Приток спекулятивного капитала, так как дальнейшее укрепление тенге делает спекуляции более выгодными;
- Удешевление доллара увеличит число желающих купить, особенно на точке разворота (цифра обозначена не была - прим.ред), и там реализуется эффект натянутой стрелы.
Почему Худайбергенов может быть прав
По мнению аналитиков и экспертов, резкое укрепление тенге на 13% - это не результат роста нашей эффективности, а следствие аномально дорогой нефти ($122) и притока капитала - тетива натягивается. Как только эти факторы исчезнут, тенге может так же стремительно обвалиться.
Если говорить совсем банально, то краткосрочная выгода для покупателей iPhone и импортной машины может обернуться долгосрочной стагнацией промышленности и дырой в государственном бюджете (которую потом попытаются быстро залатать).
Автор Сергей Никитин
Источник digitalbusiness.kz